География ЮАР

Колониальный раздел мира в конце прошлого века был прежде всего разделом Африки. Если в начале 1870-х годов колониальные владения составляли лишь несколько процентов территории Африканского материка, то к началу XX в. он был поделен почти полностью. В начале XX в., после англо-бурской войны 1899-1902 гг. [2], в Тропической и Южной Африке суверенными считались два государства: Эфиопия, сумевшая разгромить в 1896 г. итальянскую армию, посланную для ее завоевания, и Либерия, основанная выходцами из черной Америки. Остальная территория Тропической и Южной Африки входила в состав европейских колониальных империй.

Самыми обширными и богатыми были владения Великобритании. В южной и центральной части континента: Капская колония, Натал, Бечуаналенд (ныне - Ботсвана), Басутоленд (Лесото), Свазиленд, Южная Родезия (Зимбабве), Северная Родезия (Замбия). На востоке: Кения, Уганда, Занзибар, Британское Сомали. На северо-востоке: Англо-Египетский Судан, формально считавшийся совладением Англии и Египта. На западе: Нигерия, Сьерра-Леоне, Гамбия и Золотой Берег. В Индийском океане - остров Маврикий и Сейшельские острова.

Колониальная империя Франции по размерам не уступала Британской, но население ее колоний было в несколько раз меньше, а природные ресурсы - беднее.

Большинство французских владений находилось в Западной и Экваториальной Африке и немалая часть их территории приходилась на Сахару, прилегающую к ней полупустынную область Сахель и тропические леса: Французская Гвинея (ныне - Гвинейская Республика), Берег Слоновой Кости (Кот-д'Ивуар), Верхняя Вольта (Буркина Фасо), Дагомея (Бенин), Мавритания, Нигер, Сенегал, Французский Судан (Мали), Габон, Чад, Среднее Конго (Республика Конго), Убанги-Шари (Центрально-африканская Республика), Французский берег Сомали (Джибути), Мадагаскар, Коморские острова, Реюньон. Португалия владела Анголой, Мозамбиком, Португальской Гвинеей (Гвинея-Бисау), включавшей острова Зеленого Мыса (Республика Кабо-Верде), Сан-Томе и Принсипи.

Бельгия владела Бельгийским Конго (Демократическая Республика Конго, а в 1971-1997 гг. - Заир), Италия - Эритреей и Итальянским Сомали, Испания - Испанской Сахарой (Западная Сахара), Германия - Германской Восточной Африкой (ныне - континентальная часть Танзании, Руанда и Бурунди), Камеруном, Того и Германской Юго-Западной Африкой (Намибия). Основными стимулами, которые привели к жаркой схватке европейских держав за Африку, считаются экономические. Действительно, стремление к эксплуатации природных богатств и населения Африки имело первостепенное значение. Но нельзя сказать, что эти надежды сразу же оправдались. Юг континента, где обнаружились крупнейшие в мире месторождения золота и алмазов, стал давать огромные прибыли. Но до получения доходов необходимы были сперва крупные вложения для разведки природных богатств, создания коммуникаций, приспособления местной экономики к нуждам метрополии, для подавления протеста коренных жителей и изыскания эффективных способов, чтобы заставить их работать на колониальную систему. Все это требовало времени.

Не сразу оправдался и другой аргумент идеологов колониализма. Они утверждали, что приобретение колоний откроет в самих метрополиях множество рабочих мест и устранит безработицу, поскольку Африка станет емким рынком для европейской продукции и там развернется громадное строительство железных дорог, портов, промышленных предприятий. Если эти планы и осуществлялись, то медленней, чем предполагалось, и в меньших масштабах.

Несостоятельным оказался довод, будто в Африку переместится избыточное население Европы. Потоки переселения оказались меньше, чем ожидалось, и в основном ограничились югом континента, Анголой, Мозамбиком, Кенией - странами, где климат и другие природные условия подходили для европейцев. Страны Гвинейского залива, получившие название могила белого человека , мало кого соблазнили.

Но одними лишь экономическими и социальными факторами не объяснить схватку за Африку и те жаркие противоречия между европейскими странами, к которым она приводила. Нельзя недооценивать роль шовинистских амбиций, стремлений к имперскому величию, к поддержанию великодержавного престижа. Манипулирование патриотизмом, национальными чувствами приводило к тому, что идеи новых и новых колониальных приобретений поддерживались в европейских государствах даже теми слоями населения, которые, в сущности, ничего не получали от этих захватов.